Ваш ребёнок, каким он вырастет?

Как часто мы сетуем, что мир вокруг нас жесток и безжалостен. Одно из самых замечательных человеческих качеств — это чуткость, отзывчивость, способность сопереживать, сочувствовать и понимать переживания других людей, внимательно и бережно относиться к ним, помогать, заботиться о них. Безусловно, это понимают все, и каждая мать хочет вырастить своего ребёнка именно таким. Когда же начинать, как воспитывать эти качества в детях?

Каждый будущий новорождённый, ещё находясь в утробе матери, уже обладает всем необходимым для того, чтобы из него можно было вырастить человека чуткого и отзывчивого. Ещё в старину люди знали, что в утробный период своего развития будущий человек чрезвычайно чувствителен ко всяким воздействиям. Даже в семьях с суровым бытом «молодуху в тягости» по мере возможности старались освободить от изнурительного труда, от подъёма тяжестей. Мало того, её баловали «гостинчиками», подарками и угощением, чтобы была весела, чтобы радовалась.

В семьях других сословий, где нередким гостем были книги и картинки, молодой беременной женщине рекомендовалось читать «спокойные и добрые» книги, подолгу и пристально рассматривать красивые картинки. Если будущая мать была в какой-то степени музыкантшей, ей советовали исключить из своего репертуара шумные, чрезмерно трудные для исполнения и слуха пьесы.

Уже к полугодовалому возрасту младенцу доступно обладание всей системой основных эмоций. Эмоции ребёнка — это главное звено его общения с окружающими, его контакта со средой на более высоком уровне, чем контакт физический. И если мы мечтаем об отзывчивости, о чуткости наших будущих детей, об их интуитивности, о глубине чувств, нужно позаботиться об этом задолго до их рождения.

Чуткость основана на чувствительности соответствующих образований в коре головного мозга, на достаточной их утончённости и разнообразии этих внутренних «голосов» (чтобы было чему откликаться). Если использовать сравнение с музыкальным инструментом, внутренних «струн» должно быть много, разных по звучанию и легко откликающихся на соответствующий им тон извне.

Для развития здоровой чуткости необходимо исключить нервозность и раздражительность будущей матери, травмы и вредности — как физические, так и психические. И не только кто-то в общении с ней должен оберегать её от всевозможных «ударов». Сама она должна тоже позаботиться о своей эмоциональной дисциплине.

С первых недель беременности изменения в физическом состоянии должны быть сигналом для работы сознания матери. Отношение к будущему ребёнку как к живой кукле, оптимизм беспечности («нам всё нипочём» и «море по колено») столь же мало способствуют развитию основы будущего психологического богатства, как и раздражительность и капризность. Тоскливое и удручённое состояние беременной лишает будущего ребёнка необходимой психической выносливости. Поэтому, она должна постоянно контролировать своё состояние — и физическое, и психическое и готовиться не только к уходу за будущим малышом, но и к общению с ним.

Даже тон, каким разговаривает будущая мать с другими людьми, следует соотносить с присутствием ребёнка «под сердцем». Он чрезвычайно чувствителен ко всем эмоциональным оттенкам, ко всем движениям души, реализованным в звуке голоса матери. Поэтому очень полезно петь для будущего младенца, разучивая колыбельные песни и песенки для маленьких, петь мелодичные, напевные, благозвучные песни и непременно народные.

При выборе музыки для прослушивания нужно учесть, что будущему малышу вредна шумная музыка. Особенно вредно, если будущая мать привыкла слушать такую музыку часто и долго, при усиленной громкости. Мягкие, негромкие, мелодичные звуки музыки и материнского голоса — вот что полезно малышу! Всем существом настроившись на то, чтобы передать красоту зримого и слышимого, мать действительно формирует в ещё не родившемся ребёнке чувствительность, «многострунность».

Младенцам вообще присуща очень высокая степень врождённой чувствительности ко всем эмоциональным проявлениям людей, находящихся рядом. Медсёстры и нянечки родильных домов не раз замечали, что малютки по-разному ведут себя даже в молчаливом присутствии людей, различающихся нервно-психической конституцией: при одном человеке все новорождённые спокойны, при другом — чуть ли не хором начинают плакать. Они чувствительны и к взгляду, направленному на них. Пристальный взгляд в спинку трёхнедельного младенца, положенного на бок, может вызвать напряжённое покряхтывание, беспокойное движение — это и при добрых чувствах и полном спокойствии того, кто смотрит!

Когда младенец уже может фиксировать взгляд и следить им, присмотритесь, как скоро он начинает реагировать на различия в мимике и взгляде, а ещё раньше — на различия в интонациях! Обращённые к нему ласковые интонации в сочетании с ласковым выражением лица взрослого вызывают радостное «гуканье». Посерьёзнеет лицо взрослого — серьёзнеет и младенец. Он может заплакать при виде плачущего лица.

К шестимесячному возрасту (иногда и раньше) малыш уже обладает всей системой основных эмоций. И, несмотря на такое обещающее начало, часто вырастает вполне равнодушный человек с очень скудным набором эмоций и с недоразвитой или извращённой системой чувств. Предпосылки к этому могут быть обнаружены тоже очень рано.

Вот одна зарисовка с натуры. С тех пор как элегантные детские коляски распространились повсеместно, мамаши отвыкли носить ребёнка на руках. И теперь об их характере можно судить не по тому, как та или иная мама несёт своего ребёнка, а как держит и катит коляску. В скверике молодая мамаша остановилась и склонилась над коляской. Через несколько мгновений малыш был поставлен на ножки, одной рукой мать придерживала его, а другой что-то делала в коляске.

Удивительным было то, что ловкие движения матери не стали мягче в прикосновениях к ребёнку. Выражение её лица, холодно-отодвигающее, тоже не потеплело. И никаких слов не было сказано ребёнку. И он не радовался, не плакал, не кряхтел и не хныкал. Безо всякого определённого выражения, непроницаемо смотрел он вокруг себя. Как же обращалась с ним мать, что в ребёнке уже был испорчен тот самый «аппарат», который обеспечивает чуткую откликаемость, потому что откликаться-то ему не на что! Ребёнок уже одет в ледяную корку бесконтактности!

Чтобы состоялся человек, способный к непосредственной эмоциональной откликаемости, с младенцем нужно беседовать. Играть с малышом, как с живой игрушкой, забавлять его, лишь бы не плакал — мало! И так же недостаточно — сводить общение с малышом только к ласке. С ним нужно разговаривать и серьёзно, приглашать его чем-то полюбоваться, удивиться и порадоваться, к чему-то прислушаться, кого-то пожалеть.

Пусть он слышит не только интонации ободрения и одобрения, но и укоризны, сигналы запрета и призывы к усилию. Пусть с младенчества ему будут знакомы разные ритмы стихов и старинные народные песни. Печальных песен избегать не надо. Слушание пения и негромкой музыки (и лёгкой, и серьёзной) развивает у ребёнка способность улавливать разнообразные оттенки эмоциональных состояний людей и сопереживать им.

Однако в некоторых современных семьях врождённая чувствительность ребёнка искусственно притупляется чрезмерным ограничением доступа многих звуков: при нём говорят только шёпотом, ходят только на цыпочках, до пяти-шести лет укачивают на руках… А позднее жалуются на бессердечие ребёнка, на его взрывчатость, нетерпимость, эгоизм, чрезмерную требовательность и эмоциональную холодность своего чада.

Не меньше вреда приносит и противоположная тенденция: «Пусть привыкает!» — и с первых месяцев врождённая младенческая чуткость разрушается действием сверхсильных для ребёнка раздражителей: старшие говорят слишком несдержанными голосами, кричат, слишком часто и долго держат включёнными всевозможные источники музыкального шума.

Сверхсильным и потому разрушающим раздражителем являются скандалы между родителями. Эмоциональная напряжённость атмосферы скандала создаёт болезнетворный фон, на котором выкрики взрослых оглушают ребёнка. Так вместо чуткости развивается нервозность. А если ещё начинают кричать и на самого малыша (за то, что он плачет, не спит, потому что ему плохо), трясут его и даже шлёпают — такого маленького и беспомощного, этим нарушают его чувство безопасности рядом со старшим и искажают дальнейшее развитие чуткости.

Требовательность интонаций взрослых должна выражаться в спокойной твёрдости, но не в крике. Отзывчивость не разовьётся в условиях грубости и равнодушия. Не разовьёт её и ласковость, направленная исключительно на ребёнка.

Внимательность подрастающего ребёнка — сначала к членам семьи, а затем и к другим людям — не возникнет сама собой. Для этого нужно обращать его внимание на то, что есть вокруг, учить его уходу за растениями и животными, бережному отношению ко всему живому, учить внимательной предупредительности по отношению к старшим и особенно — к старикам. Как можно раньше следует научить ребёнка делиться лакомствами — и с взрослыми, и с другими детьми.

Рождение младшего братишки или сестрёнки может быть толчком к развитию либо заботливости, или напротив, чувства отверженности и эгоизма. И это тоже зависит от родителей. Если всё внимание и ласку отдают новому младенцу, противопоставляя его старшему ребёнку, которого отодвигают, это вызывает у него чувство лишения, зависть и ревность. Нужно вместе с ним заботиться о малыше, вместе любить его. Соучастие в заботе, в уходе и помощи формирует готовность прийти на помощь и умение оказать её.

Привлечение детей всех возрастов к практической помощи родителям, а также больным и старым (родным и чужим), обучение их оказанию этой помощи развивает внимание к нуждам старших, добросердечие, терпимость и чуткость. Не следует материально награждать и захваливать детей за их ласку, за их внимательность, заботу и помощь. Достаточно спокойных слов одобрения; ребёнок должен привыкнуть считать такое поведение нормой.

Часто ли дети слышат от своих родителей вопрос: как дела у твоего товарища, подруги? Почему он (она) у тебя не бывает? Разумеется, чаще они слышат; «А этому чего здесь надо? Нечего ему здесь делать!», «Ты ещё похуже подружку не могла себе выбрать? Не водись с ней!» Часто ли мы рассказываем детям о наших делах, о нашей работе и о людях, об их достоинствах? Часто ли беседуем с ними уважительно, как с друзьями, советуемся?

Мы требуем от наших детей, чтобы они стали нам помощниками и друзьями, но не заражаем их дружеским отношением. А ведь в его основе — уважение к личности!

Дети необычайно чутко чувствуют уважительное отношение к себе и сразу же на него реагируют. Такое отношение укрепляет чувство собственного достоинства ребёнка и делает для него неприемлемым недостойное поведение, предрасполагает его к сотрудничеству со старшим.

Не лишая детей детства, «солнечной поры», можно сделать его первым кругом жизни деятельной, осмысленной и человечной. Но до тех пор, пока родители не научатся сами видеть в ребёнке своего друга, трудно ожидать от него чуткости и отзывчивости.

В статье использованы материалы психолога Н.В.Жутиковой